Качнулсягроб; и – встал мертвец, Втуман протягивая длани; Цветовпылающий венец Надевши,отошел в тумане; – Показывалсяздесь и там; Заглядывал,стучался в окна;

Клянуя, рыдая, свой жребий. Друзьяи жена – далеки; Ивижу, как облаки в небе Влекутледяные клоки. Икто-то в глухую деревню Пространствамистертый, – бредет:

Кудани глянет Ребенокв детстве, Кивая,встанет Прообразбедствий. Акто-то, древний, Полночьюдушной Окреств деревни Зарницыточит – Струейвоздушной Вокно бормочет:

Из-за дальнихвершин показался женихозаренный. И стоял он один, высоко над землейвознесенный. Извещалось не раз о приходе владыкиземного. И в предутреннийчас

Измериливерные ноги Пространствразбежавшихся вид. Потвердой, как камень, дороге Гремиттаратайка, гремит. Звенитколоколец невнятно. Я –болен; я – нищ; я – ослаб.

Июльскийдень: сверкает строго Неовлажненнаяземля. Неперерывнаядорога. Heпepepывныеполя. Апыльный, полудневный пламень Немоюглыбой голубой Упална грудь, как

И била временемволна. Прошли года. Подсенью храма она состариласьодна в столбахлазурных фимиама. Порой, украсившиглаву венком из трав благоуханных, народ к

Ивоздуха – – Перевиваемые, веющие вопросами Света Слов – – Взвизги Ветров – Пронизывают – –Березовую Поросль слов – –Зовами Без Ответа! Иотдыха – – Слагаемые,

И всё выше и вышевсхожу я. И всё легче илегче дышать. Крутизны ипровалы минуя, начинаю протяжновзывать. Се, кричувдохновенный и дикий: «Иммануил грядет!С нами

Изнаю я; во мгле миров: Ты –злая, лающая Парка, Влесу пугающая сов, Менялобзающая жарко. Ты –изливала надо мной Своибормочущие были Под фосфорическойлуной,

И он на тронезолотом, весь просиявший,восседая, волшебно-пламеннымвином нас всех безумноопьяняя, ускорил ужасроковой. И хаос встал,давно забытый. И голос

Иопять, и опять, и опять – Пламенея,гудят небеса... И опять, И опять И опять – Меченосцевседых голоса. НадГромадой лесов, городов, Надпровалами облачных гряд –

Исрезал осинку Да сней и пошел в путь-дороженьку – Пополям, по кустам, Покрутым горам, Полихим ветрам, Позвериным тропам Косвятым местам –

Избурьяна Изболота – Заизбеночкой Избенка– – вот– –встает. Парень– по селу Бредет, Свойрот Разинув:– –где-то, кто-то,– – втолк нейдет! Криворотый, Мужичонка,–

Из дали грознойТор воинственный грохочет в тучах. Пронес огонь –огонь таинственный на сизых кручах. Согбенный викингвстал над скатами, над темным бором, горел

Кентаврбородатый, мохнатый иголый настраже улеса стоит. Сдубиной тяжелой отзависти вражьей женуи детей сторожит. Впещере кентавриха кормит ребенка пьянящим

Яплакал безумно, ища идеал, Яструны у лиры в тоске оборвал… Ябросил в ручей свой лавровый венок… Наземлю упал… и кровавый цветок Сребристойросою окапал меня…

Гляжу из окна явдоль окон: здесь – голос мнеслышится пылкий и вижураспущенный локон… Там вижу в окне ябутылки… В бутылкахнатыкана верба. Торчат ее голыепрутья.

Эллису Поездплачется. В дали родные Телеграфнаятянется сеть. Пролетаютполя росяные. Пролетаюв поля: умереть. Пролетаю:так пусто, так голо... Пролетают– вон там

М. И. Сизову Покинувгород, мглой объятый, Пугаюсьшума я и грохота. Ещевдали гремят раскаты. Насмешливого,злого хохота. Тамя года твердил о вечном – Вменя

Покинув город, мглой объятый, Пугаюсь шума я и грохота. Еще вдали гремят раскаты Насмешливого, злого хохота. Я покидаю вас, изгнанник, – Моей свободы вы не

Вволне Золотистого Хлеба По-прежнемуветер бежит. По-прежнему Нежное Небо Надзорями грустно горит. Вбезмирные, Синие Зыби Лети,литургия моя! Вземле – Упадающей

Врубелю О,пусть тревожно разум бродит Изамирает сердце – пусть, Когдав очах моих восходит Философическаягрусть. Сажусьза стол... И полдень жуткий, Ипожелтевший

Одетыв пышные красы Кусты,газоны... О,если б услыхала ты Моиглухие стоны! Вотскоро полночь пропоют Вдому куранты; Спионов капелек росы Пьюжадно диаманты. Идышит

Довольно: не жди, не надейся, – Рассейся, мой бедный народ. В пространство пади и разбейся За годом – мучительный год. Века нищеты и безволья. Позволь же, о

Заним горе Гонитсятопотом. «Пропадиты, горе, Пропадом!» Пустаядоля; Холмы,избенки; Кустарник– тонкий; Поле... Внебе – зарево. Какиз сырости Да измарева

За опустевшийстол я вновь садился. Тоскуя, думал,думал об одном. В твое окно потокчервонцев лился, ложился на ползолотым пятном… Казалось мне, чтоты придешь из

Забыт теперь,разрушен храм, И у дорическойколонны, струя священныйфимиам, блестит росойшиповник сонный. Забыт алтарь. Изаплетен уж виноградомдикий мрамор. И вот

Закрутивседые баки, Надушени умилен, – Самхозяин в черном фраке Открываеткотильон. Веявеером пуховым, С нимжена плывет вдоль стен; И –муаром бирюзовым

Зарюя зрю – тебя... Простименя, прости же: Немеюя, к тебе Несмею подойти... Горитзаря, горит – Иникнет, никнет ниже. Бьетчас: «В п е р е д». Ты – вот: И нетк

Звон вечернийгудит, уносясь в вышину. Ямолчу, я доволен. Светозарныеволны, искрясь, зажигают крестыколоколен. В тучу прячетсясолнечный диск. Ярко блещет

Здесь безумецживет. Среди белыхсиреней. На террасу ведет ряд ступеней. За ограду на весь прогулятьсябезумец не волен… Да, ты здесь! Да, ты болен!

Здравствуй,брат. За око – око! Вспомни:кровь за кровь. Мы –одни. Жилье далеко... Эй,не прекословь! Какнад этой над лужайкой Кровьпролью твою...

Золотея, эфирпросветится и в восторгесгорит. А над морем садится ускользающий,солнечный щит. И на море отсолнца золотые дрожатязыки. Всюду отблескчервонца среди

Пожаром закатзлатомирный пылает, лучистойвоздушностью мир пронизав, над нивою мирнойкресты зажигает и дальние абрисыглав. Порывом свободнымвоздушные ткани в

1 Весь день нестихала работа. Свозили пшеницу ирожь. Безумная в сердцезабота бросала то вхолод, то в дрожь. Опять снесказанным волненьем я ждал появленьяХриста.

Заброшенный дом. Кустарникколючий, но редкий. Грущу о былом: «Ах, где вы –любезные предки?» Из каменныхтрещин торчат проросшие мхи,как полипы. Дуплистые липы

1 Даль – без конца.Качается лениво, шумит овес. И сердце ждетопять нетерпеливо всё тех же грез. В печали бледной,виннозолотистой, закрывшись тучей и окаймив

Поканад мертвыми людьми Одинты не уснул – Дотоле– Цепямиржавыми Греми Избашни каменной – Оволе. Дапокрывается чело, – Твоечело, – Кровавымпотом... Глаза–

Упал на землю солнца красный круг. И над землей, стремительно блистая, Приподнялась зеркальность золотая И в пятнах пепла тлела. Все вокруг вдруг стало: и –