И Ты помнишь, в нежной ясности, Равнины, в их безгласности. И весь сквозистый лес. Тоскующий, и чующий, Что вот, теплом чарующий, Уж близок час чудес. Все было
Что держит Землю? Что?– Вода. – Что держит Воду?– Каменьгрозный. – Что держит Камень, дни, года, Что держит Мир окружно-звездный? – Четыре мощные Кита. – На чем
Справа – горы, слева –горы, Справа, снизу, там узоры Задремавших сел. Слева – кручи, слева –тучи, Слева слышен зовпевучий, То прорвался ключгремучий, И завел,
О, только бы знать, что могу ямолиться, Что можно молиться, кому ямолюсь! О, только бы в мыслях, в желанияхслиться С тем чистым, к чему я так жадностремлюсь! И
О, Христос! О, рыбак! О,ловец Человеческих темных сердец! Ты стоишь над глубокойрекой, И в воде ты встаешь – как другой! Широка та река, глубока, Потонули в ней
Огнепоклонником я прежде былкогда-то, Огнепоклонником останусь явсегда. Мое индийское мышление богато Разнообразием рассвета и заката, Я между смертными –
Огонь очистительный, Огонь роковой, Красивый, властительный, Блестящий, живой! Константин Бальмонт. ЧЕТВЕРОГЛАСИЕ СТИХИЙ (Сб. БУДЕМ КАК СОЛНЦЕ) Отправить по
Огонь в своем рожденье мал, Бесформен, скуден, хром, Но ты взгляни, когда он, ал, Красивым исполином встал, Когда он стал Огнем! Огонь обманчив, словно дух: –
Огонь приходит с высоты, Из темных туч, достигших грани Своей растущей темноты, И порождающей черты Молниеносных содроганий. Огонь приходит с высоты. И, если он
Одна есть в мире красота. Не красота богов Эллады, И не влюбленная мечта, Не гор тяжелые громады, И не моря, не водопады, Не взоров женскихчистота. Одна есть в
Ожиданьем утомленный, одинокий,оскорбленный, Над пустыней полусоннойумирающих морей, Непохож на человека, я блуждаювек от века, Век от века вижу волны,
Он будет мстить. С бесстрашиемпирата Онбудет плыть среди бесплодных вод. Ниродины, ни матери, ни брата, Надним навис враждебный небосвод. Земнаяжизнь – постылый
Она меняется опять, И нам так сладкоповторять Созвучно-стройные напевы. Она возникла над водой, Как призрак сказкизолотой, Как бледный лик неверной девы. Она
Она одна, окружена Тенями ей убитых. Дыханий много пьет она Из этих трав излитых. В ней – осень, ей нужнавесна Восторгов ядовитых. Константин Бальмонт. АНГЕЛЫ
Она отдалась без упрека, Она целовала без слов. – Как темное мореглубоко, Как дышат края облаков! Она не твердила: «Ненадо», Обетов она не ждала. – Как
Они идут, и сад молчит, Прохлада над травою, И только здесь и тамкричит Сова над головою, Да в замке музыка звучит Прощальною мольбою. Константин Бальмонт.
От бледного листкаиспуганной осины До сказочных планет, гдедень длинней, чем век, Все – тонкие штрихизаконченной картины, Все – тайные путинеуловимых рек. Все
От последней улыбки луча На горах засветилася нега, И родились, блестя и журча, Два ключа из нагорного снега. И, сбегая с вершины горы, Обнимаясь в восторге
Отчего душа проснулась? Я спросил, тревожный, знойный. Ты безмолвно усмехнулась, И умчал нас танец стройный. Константин Бальмонт. КРУЖЕВНЫЕ УЗОРЫ (Сб. ЛИТУРГИЯ
Отчего мне так душно? Отчего мнетак скучно? Я совсем остываю к мечте. Дни мои равномерны, жизнь мояоднозвучна, Я застыл на последней черте. Только шаг остается,
Отчего нас всегда опьяняет Луна? Оттого, что она холодна и бледна. Слишком много сиянья нам Солнце дает, И никто ему песни такой не споет, Что к Луне, при Луне,
О, вновь родясь, онапьянит сердца, Внушая мысль, чтожизнь – одна влюбленность. Когда же мы достигнемдо конца, Погаснув, мы находимобновленность. Ущербная, устав
О, волны морские, родная стихиямоя, Всегда вы свободно бежите в иныекрая, Всегда одиноки в холодномдвиженьи своем, А мы безутешно тоскуем – одни ивдвоем. Зачем
О, Господи, молю Тебя, приди! Уж тридцать лет в пустыне я блуждаю, Уж тридцать лет ношу огонь в груди, Уж тридцать лет Тебя я ожидаю. О, Господи, молю Тебя,
О, да, молитвенна душа, И я молюсь всему. Картина Мира хороша, Люблю я свет и тьму. Все, что приходит, то прошло, В воспоминании светло Живут добро и зло. Но,
О, Даятель немых сновидений, О, Создатель всемирного света, Я не знаю Твоих откровений, Я не слышу ответа. Или трудно Тебе отозваться? Или жаль Тебе скудного
О, если б кто-нибудь любил меня, как ты, В те дни далекие предчувствий и печали, Когда я полон был дыханьем красоты, И гимны ангелов заоблачных звучали. На думы
О, если б мне сердце холодное, Холодное сердце русалки, – Чтоб мог я спокойновнимать неумолчному ропоту Моря, И стону страданий людских! О, если б мне крылья
О, женщина, дитя,привыкшее играть И взором нежных глаз, илаской поцелуя, Я должен бы тебя всемсердцем презирать, А я тебя люблю,волнуясь и тоскуя! Люблю и рвусь
О, знаю, боль сильнейвсего, И ярче всех огней, Без боли тупо и мертво Мельканье жалких дней. И я порой терзал других, Я мучил их... Ну, что ж! Зато я создал
О, миг пленительный, когдавсемирно дышит Невозмутимая лесная тишина, И мы с тобой вдвоем, и сердце,дрогнув, слышит, Как льет тебе и мне свой нежныйсвет Луна.
О, Мироздатель, Жизнеподатель, Солнце, тебя я пою! Ты в полногласной Сказке прекрасной Сделало страстной Душу мою! Жизни податель, Бог и Создатель, Мудро