Уже распались куколки, Их бабочки прожгли. Пушистые распуколки На вербах зацвели. Пред Вербным воскресением, Всех тех, кто молодой, С усмешками, и с пением,
Зима отъехала от нас, Телега скрылась вдалеке. Весна подходит. В добрый час. Весна всегда ласкает нас. И Лето едет в челноке. Прощайте, снежности Зимы, Бурлит и
1 Семь островов их, кромеМангайи, Чтó означает Покой, Семь разноцветных светятсяСолнцу, В синей лагуне морской. В сине-зеленой, внежно-воздушной, Семь поднялось
Мой праздник Жизни,праздник ласки – В году, конечно,высокосном. Я ладаном овеян росным, Родился я в лазурнойсказке. Я в нескончаемой завязке Непостижимостей
Летницы, праздник ЗеленойНедели. Идите, идите, стада, В простор изумруда, под звукисвирели, Такими веселыми будьте всегда. Мы хлебом и медом стада угощаем,
Как различны мельканья красы В вековом, нам шумящем, буруне! У Литовцев был Праздник Росы, В изумрудном Июне. У Поляков, у светлых Славян, Так понявших
В Новой сказочной Гвинее У мужчин глаза блестящи, И у женщин, умудренных Пеньем крови, жароквзор. Быстры девушки, какзмеи, Помню рощи, помню чащи, Тишь лагун
От колеса солнцевой колесницы Небесный огонь долетел до людей, Факел зажег для умов, в ореоле страстей. От колеса солнцевой колесницы Кто-то забросил к нам в
Как же должны бытьнаивно-надменны Эти плененные веройсвоей! Помнишь, они говорят:«Неизменны Наши пути за пределамидней!» Помнишь, они говорят:«До свиданья, Брат
1 На картине Греко вытянулисьтени. Длинные, восходят. Неба недостать. «Где же нам найти воздушныеступени? Как же нам пути небесные создать?» Сумрачный художник,
Каждый день я умираю, каждый деньрождаюсь вновь. Утромс Солнцем в мир вступаю, ночью праздную любовь. Ненасытносердце хочет каждый день иной мечты. Каждойночью
Полночь и свет знают свойчас. Полночь и свет радуютнас. В сердце моем –призрачный свет. В сердце моем – полночи нет. Ветер и гром знают свой путь. К лону земли
Полночный час. Ведовски-страшныйчас. День схоронен. И вновь родитсясложность. Разъять восторг и пытку – невозможность. Из вышних бездн глядитбездонность глаз.
– Почему ты, духсвирельный, Вечно носишься,кружишься, Ни на миг не отдохнешь? На качели ты метельной, Вправо, влево, к далимчишься. – Я – плененный. – Эточто ж?
Море чуть мерцает под Луной Зеркалом глубоким и холодным. Веет сном и грустью неземной, Чем-то дальним, сладостным, свободным. Точно дух навек ушедших дней
Три полудницы-девицы У лесной сошлись криницы, Час полдневный в этот миг Прозвенел им в ветках, в шутку, И последнюю минутку Уронил в лесной родник. И одна из
Полуразорванные тучи Плывут над жадною землей, Они, спокойны и могучи, Поят весь мир холодной мглой. Своими взмахами живыми Они дают и дождь, и тень, Они
В нейесть что-то лебединое, Лебединое,змеиное. И поетмечта несмелая: – Тыужалишь, лебедь белая? Б.*** 1 Мне нравятся нежные лепетысказки, И юность, и флейты, и
Поля вечерние. Печальные закаты. Холодность бледная осеннихоблаков. В грустящей памяти виденья тесносжаты. Созданья дней иных иневозвратных снов. Тихонько
Солнечной Нинике, с светлымиглазками – Этот букетик из тонких былинок. Ты позабавишься Фейнымисказками, После блеснешь мне зеленымиглазками, – В них не хочу я
Весь полный розовых иголубых мечтаний, Овеян душностьювлюбляющих духов, Весь в крыльях бабочек,в отливах трепетаний Полуисторгнутых, нозамедленных слов. –
Зеленовато-желтый мох На чуть мерцающейбересте. Паденье малых влажныхкрох, Дождей отшедших слабыйвздох, Как будто слезы напогосте. О, этих пиршественныхбурь В
Весьма давно, Отцы людей В Стране Зеленых Елей были, Весьма давно, на утре дней, Смуглились лица всех от пыли. Вапанэлева был вождем, Людей сплотил он в диком
Как под ярмом быки влекуттяжелый воз, И оставляют следпродольностью колес, Так ваши помыслы,намеренья, деянья За нами тянутся, готовягоречь слез, И боль, и
Я мать, и я люблю детей. Едва зажжется Месяц, серповидно, Я плачу у окна. Мне больно, страшно, мнемучительно-обидно. За что такая доля мне дана? Зловещий пруд,
Когда я думаю, что рядом, Вот здесь, кругом, передо мной: Безмерным преданы отрадам, Ликуют духи, мир иной, – В той комнате, где дни и ночи, Как каторжник,
Над окованной льдом глубиной яиду, И гляжу, и скольжу я на льду. Лучезарна поверхность холодногольда, Но темна подо льдами вода. Там в студеных садах, в
Я шутя ее коснулся, Не любя ее зажег. Но, увидев яркийпламень, Я – всегда мертвей, чемкамень – Ужаснулся, И хотел бежать скорее, И не мог. Трепеща и цепенея,
Мечтой уношусь я к местам позабытым, К холмам одиноким, дождямиразмытым, К далеким, стооким, родимымпланетам, Что светят сквозь ветвитаинственным светом. Я
Было поздно в нашихдумах. Пела полночь с дальнихбашен. Темный сон домов угрюмых Был таинственен истрашен. Было тягостно-обидно. Даль небес былабеззвездна. Было
1 О, если б кто-нибудь любил меня, как ты, В те дни далекие предчувствий и печали, Когда я полон был дыханьем красоты, И гимны ангелов заоблачных звучали. На
Зашумела волна, Покачнулся челнок. И восстал ото сна Пробужденный Восток. Покачнулся челнок. И уносится прочь. И не видит Восток Побледневшую ночь. И уносится